Банки продают себе «плохие» активы

12.04.2016

Источник: Forbes Kazakhstan

Под давлением государства банки начинают создавать «дочки», которым продают «плохие» активы – такую контору уже открыл АТФ. Модель заявлена как рыночная, хотя рынка как такового нет.

Слив токсичности

«АТФБанк» создает «дочку», которая приобретет его сомнительные и безнадежные активы – соответствующее разрешение Национального банка на это получено. Ранее, как известно, специальные компании для выкупа неработающих займов (NPL) создавал Национальный банк – Фонд стрессовых активов и Фонд проблемных кредитов. Теперь разворачивается процесс создания аналогичных контор при коммерческих банках. Катализатором, очевидно, стала политика Нацбанка, который будет не просто следить за уровнем NPL в коммерческих банках, но и требовать принятия мер в случае его повышения, вплоть до смещения первых руководителей.

Формально вроде бы в этой сфере и так все неплохо. Доля займов с просроченной задолженностью свыше 90 дней, достигнув своего пика 31,15% в 2014, резко упала и сейчас составляет 8,3%. Правда, это произошло только за счет масштабной операции вокруг БТА – безусловного чемпиона и рекордсмена по уровню «токсичных» займов. В то же время во многих других банках проблема NPL остается очень актуальной, и государство помогать им, как в случае с БТА, не торопится. Поэтому банкам и приходится действовать, как барон Мюнхгаузен, который вытащил себя из болота за собственные волосы.

Родительский контроль

Поправки, внесенные в банковское законодательство, предусматривают, что банк может создать «дочку», приобретающую его сомнительные и безнадежные активы, с разрешения уполномоченного органа. При этом логика выстроена так, чтобы избежать простого списания «балласта». Речь идет именно об активах, то есть возможности заставить работать неработающие займы. Для таких активов должен иметься бизнес-план по их улучшению, управление ими должно предполагать извлечение дохода. То есть концепция в том, чтобы создавать не «кладбища NPL», а реанимационные палаты.

Обязательным условием передачи «плохих» активов от банка собственной «дочке» является одобрение советом директоров банка плана мероприятий. Он должен включать оценочную стоимость активов, запланированные действия дочерней организации в отношении каждого из них, меры по улучшению активов. «Дочка», которой переходят NPL, должна указать, как и на чем она будет зарабатывать, на что будет тратить, указав свои административные расходы, ответственных за исполнение плана. Банк, который этот документ утверждает, потом должен не только сам контролировать его исполнение, но и ежеквартально отчитываться перед Нацбанком.

И швец, и жнец

Закон допускает передачу двух видов NPL. Во-первых, требования ко всем физическим и юридическим лицам, в том числе банкам, а также условные обязательства, размер резервов по которым сформирован на уровне более 5% от суммы непогашенной просроченной задолженности. Во-вторых, имущество и право собственности на незавершенные строительством объекты, перешедшее в собственность родительского банка как залогодержателя.

Нацбанком утверждены специальные правила, которые регулируют деятельность дочерней организации, приобретающей NPL родительского банка. Такая компания, помимо приобретения и реализации «токсичных» активов, вправе покупать и продавать заложенное имущество, перешедшее банку, а также сдавать в аренду, финансовый лизинг, доверительное управление. Кроме того, они могут приобретать заложенные акции и доли участия в бизнесе и управлять ими.

Еще одна возможность, которую дает им законодательство – заниматься так называемым улучшением сомнительных и безнадежных активов. Это включает, в частности, завершение строительства объектов и ввод их в эксплуатацию. Им даже разрешается производство и реализация товаров, работ и услуг, связанных с имуществом, полученным как «плохой» актив в рамках мероприятий по улучшению их качества.

Таким образом, у банков появляются «дочки», которые оперируют сразу на нескольких рынках: торговля и сдача в аренду недвижимости, строительство, управление бизнесом и прямое ведение хозяйственных операций.

Сомнительный бизнес

В развитых странах также распространена практика выделения «токсичных» активов в специальные структуры, разделение банков на «плохие» и «хорошие». В то же время проблема NPL чаще решается через их вторичный рынок, то есть кредиты продаются банком не самому себе, а сторонним игрокам. Такая модель обеспечивает более высокую эффективность и прозрачность.

В Казахстане пока речь не идет о рынке. Даже создание операторов NPL при самих банках - не столько их инициатива, сколько мера реагирования на давление со стороны Нацбанка. Правда, формально взят курс на то, чтобы управление «плохими» активами было все же бизнесом. Но насколько это реализуемо? Ведь если банк сам раньше не мог разобраться с неработающими займами, то откуда теперь возьмутся у него стратегии и специалисты для дочерней компании, чтобы изменить ситуацию?

Еще один важный нюанс заключается в том, что среди «токсичных» активов растет доля кредитов физическим лицам. Так, у предприятий на займы с просроченной задолженностью свыше 90 дней приходится 4,8%. А у граждан доля таких займов достигла 14,2%. Учитывая снижение реальных доходов населения, ситуация с выплатой кредитов гражданами будет ухудшаться. И управлять такими займами достаточно сложно, учитывая, что по многим из них нет никакого залога. На займы физлицам сейчас приходится уже 24,2% кредитного портфеля банков страны, при этом 16,2% – потребительские кредиты, по которым проще работать коллекторам, нежели операторам NPL.

В таких обстоятельствах бизнес-ориентированное управление сомнительными активами – очень сомнительно. Все может обернуться лишь формальным улучшением статистики, тогда как на деле « плохие» кредиты останутся при банках.
Возврат к списку новостей

Рекламодателю