Белорусы, как и казахстанцы, опасаются единой валюты ЕАЭС

31.03.2015

Источник: Курсив.kz

Предложение о введении единой валюты в ЕАЭС остается одной из самых обсуждаемых тем в экспертной среде, не безучастны к ней и рядовые казахстанцы. Но как оказалось не только казахстанское, но и белорусское общество разделилось по этому вопросу.

Минск в этом году председательствует в ЕАЭС и для него укрепление интеграции один из ключевых приоритетов дальнейшего развития. Но, это не должно означать потери экономической независимости, считают официальные власти.

Ранее, президент Белоруссии Александр Лукашенко заявлял, что при его президентстве единая валюта вряд ли будет введена. Правда, после того, как эту тему 20 марта на встрече в Астане поднял российский лидер Владимир Путин, его белорусский коллега свою позицию по этому вопросу пока не обозначил.

Kursiv.kz решил изучить, что общего и в чем различия реакции казахстанского и белорусского экспертного сообщества на предложение о единой валюте.

Волатильные взгляды Лукашенко

Стоит отметить, что позиция белорусского президента относительно единой валюты характеризируется изменчивостью. Так в 2013 году Александр Лукашенко достаточно скептически высказывался о ее введении.

«Не на равноправной основе мы строить ничего не будем. В едином эмиссионном центре должны приниматься решения на равных. Нам предлагали иное: хотите - берите российский рубль. Это не значит, что сложим богатства, бюджет Беларуси и России и поровну разделим», - сетовал он.

Правда, в ходе пресс-конференции в 2014 году он не исключил возможности перехода на единую валюту, но вновь оговорился, что эмиссионный центр должен быть на равноправных условиях, а если он будет располагаться в России, то, по словам А. Лукашенко, чтобы зарплаты людям заплатить «пришлось бы стоять на коленях в Кремле". А уже в январе 2015 года президент Белоруссии выступил с еще более резким заявлением. Он сказал, что единая валюта в ЕАЭС появится ни при его президентстве.

«Я сомневаюсь, что в ЕАЭС будет введена завтра единая валюта, как сомневаюсь и в том, что это произойдёт во время моего президентства. Да, мы обсуждали вопросы по единой валюте, но ты были только поверхностные обсуждения - по ним не было никаких решений, введение единой валюты в ЕАЭС не стоит в повестке дня. Для её введения нам нужно решить огромное количество вопросов, многие из них включены в планы на 2025 год», - заметил тогда А. Лукашенко.

А не замахнутся ли нам на международную валюту?

Президент Казахстан Нурсултан Назарбаев в свою очередь еще в 2003 году высказался за создание единой валюты ЕАЭС и предложил назвать ее алтын. В 2009 году президент пошел дальше, и после того как, начавшийся в США кризис ударил по мировой экономике, выступая на казахстанско-индийском экономическом форуме в Дели предложил создать единую международную валюту, которая бы использовалась как платежное средство для обмена товарами и была бы принята ООН и контролировалась соответствующими комиссиями. В 2011 году Н. Назарбаев вновь подтвердил, что со временем в ЕАЭС должна появиться единая валюта.

Между тем, летом 2014 года глава Нацбанка РК Кайрат Келимбетов отмечал в интервью российским СМИ, что введение единой валюты Евразийского экономического союза (ЕАЭС) пока не обсуждается и решение по этому вопросу будет в большей степени политическим.

«На сегодня официальных переговоров между соответствующими государственными органами не ведется. Но любая интеграция подразумевает много вопросов, к которым рано или поздно придем. Вопрос – в какой перспективе? На сегодняшний день, мне кажется, этот вопрос больше политический, нежели экономический", - сказал он.

При этом финансовый регулятор неоднократно опровергал звучавшие в СМИ утверждения о скором переходе к единой валюте.

И в Казахстане, и в Белоруссии вопрос остается дискуссионным и далеко не очевидным, в отличие от России, где звучат, скорее, однозначные мнения по поводу этой инициативы.

Финансовая система не справится

Председатель правления BRB INVEST Галим Хусаинов заметил, что в странах с различными структурами экономики и темпами роста производительности труда, сложно будет в последующем защищать товаропроизводителей и Казахстан может попасть в обратную ситуацию, когда ему нужна будет девальвация, а России нет, тогда об индустриализации экономики можно будет забыть. В структуре импорта в Казахстане высока доля товаров–работ-услуг, номинированных в долларах США, и любое обесценение валюты будет значительно влиять на инфляцию в стране. Единственным инструментом в Казахстане по борьбе с инфляцией был курс тенге, и если лишиться этой возможности, то страна попадет в полную зависимость от России, что чревато последствиями для простого населения, так как их реальные доходы будут падать.

«Финансовая система Казахстана сильно отличается от российской и белоруской, и даже если гипотетически мы захотим ввести единую валюту, нужно сначала решить вопрос интеграции финансовых систем, в первую очередь банковских, а на это нужно не один год. В той же еврозоне, многие страны не используют евро, так как считают что, это ударит по интересам государства», - заметил он.

Ограниченные инструменты

Директор Института системных исследований казахстанского общества, экономист Тохтар Есиркепов заметил, что для полноценного и эффективного функционирования ЕАЭС странам-участницам необходимо для начала полностью реализовать совокупность мероприятий по созданию равных условий ведения хозяйственной деятельности. Затем обеспечить свободное движение товаров, услуг, капитала и рабочей силы в рамках ЕАЭС, завершить формирование общего рынка, основанного на принципе «четырех свобод», а создание валютного союза должно стать объективной потребностью для дальнейшего национальных экономик. Только после этого можно говорить об образовании валютного союза и введении единой валюты.

Директор Института экономической политики Каирбек Арыстанбеков сказал, что в условиях единой валюты у Астаны и Минска будут ограничены инструменты экономической политики и госрегулирования экономики, утрачены рычаги денежно-кредитной политики и политики валютного курса. По сути, у правительства остается два базовых инструмента экономической политики: бюджетно-налоговая политика и политика занятости. При нынешнем уровне ВВП на душу населения, дальнейшая реализация ГПФИИР, в особенности в части экспорта несырьевых товаров, при отсутствии инструментов валютного курса создает серьезные риски для индустриализации РК. В то же время, Россия не сможет гарантировать стабильность единой национальной валюты, поскольку сама находится в зависимости от цен на энергоносители и под воздействием санкций Запада.

Нужны равные условия

Белорусские эксперты также по-разному оценивают инициативу по созданию единой валюты.

Директор информационно-просветительского центра "Актуальная концепция", политический аналитик Александр Шпаковский убежден, что в случае становления ЕАЭС в качестве классического крепкого экономического союза, введение единой валюты не только не станет потерей суверенитета, но наоборот будет свидетельствовать об экономической привлекательности евразийской интеграции и состоятельности стран-участниц. Между тем, он напомнил, что валютный союз и единая валюта это не одно и то же. В случае с валютным союзом стран ЕАЭС речь идет о создании единой системы взаимозаменяемости валют во внутренних расчетах, что, на его взгляд, необходимо.

Подобная координация экономической политики должна сопровождаться ускорением иных аспектов формирования ЕАЭС, как полноформатного союза, основанного на пресловутых "четырех свободах" - безбарьерного перемещения в рамках единого экономического пространства людей, товаров, услуг, капиталов. Пока из четырех свобод в ЕАЭС в полной мере реализовано лишь перемещение трудовой силы и отчасти капиталов, а ключевые вопросы, такие как общий энергетический рынок, общий рынок грузоперевозок остаются без ответа либо отложены до 2025 года. Однако без обеспечения равных условий хозяйствования ни о какой единой валюте не может быть и речи, считает эксперт.

«Беларусь настаивает на ускорении темпов интеграции и приветствует возможность появления как валютного союза, так в перспективе и единой валюты, однако в нынешних условиях эти решения выглядят неадекватными моменту, в котором находится евразийская интеграция. В период своего председательства в ЕАЭС Беларусь выдвинула ряд конкретных предложений по развитию союза в части укрепления интеграционной институциональной дисциплины, защиты рынка, стимулирования внутренних возможностей, формирования основ единой промышленной политики. На мой взгляд, реакция на предложения Минска является тестом на зрелость для ЕАЭС, а именно их реализация станет ответом на вопрос: готовы ли участники к полноценному экономическому союзу, либо пока будут существовать в формате лишь Таможенного союза? Реакции на предложения белорусской стороны от партнеров пока нет, потому и вопрос валютного союза также считается несколько преждевременным», - заметил он.

Вопрос надо решать

Политолог, выпускник Академии управления при президенте Белоруссии Аляксей Дзермант сказал, что в Беларуси в целом идею валютного союза поддерживают. Премьер-министр Михаил Мясникович недавно заявил по этому поводу, что валютный союз - одна из последних фаз интеграции и что та дата, которая установлена договором о создании ЕАЭС, то есть 2024 год, - это слишком поздно. В условиях, когда нет достаточной стабильности на финансовых рынках, безусловно, страны должны приближать этот срок и рассматривать вопросы о единой платежной системе, увеличении доли национальных валют во взаимных расчетах, подчеркнул он.

«Надо понимать, что процесс этот необходимо тщательным образом просчитывать, то есть, нельзя все делать в спешке. Сама по себе идея валютного союза - перспективная, и несет она в себе как раз укрепление собственной финансовой субъектности. Речь идет не о переходе наших стран на российский рубль, а об общей новой валюте, о создании общих механизмов финансового регулирования. Этот вопрос неизбежно надо решать, если мы говорим о развитии ЕАЭС как полноценного экономического союза. Мне кажется, в создании единой валюты больше плюсов, чем минусов. А это значит, что экономическая стабильность наших стран не должна пострадать», - сказал он.

Старый вопрос

Директор Минского Центра по проблемам европейской интеграции Юрий Шевцов подчеркнул, что единая валюта - старый вопрос двусторонних российско-белорусских дискуссий в рамках Союзного государства России и Беларуси. Ему столько лет, сколько и этому тесному двустороннему союзу - более 15 лет. Сейчас эта тема перекочевала в ЕАЭС. Белорусская позиция как была сформулирована при создании СГ, так и не менялась: Беларусь должна иметь доступ к эмиссии. Общая валюта не должна означать потери Беларусью «валютного суверенитета». Можно договариваться о квотах на эмиссию и иных форматах взаимного влияния на общую валюту, но любая договоренность не должна лишать Беларусь контроля над своей финансовой системой.

«Как сказал однажды А. Лукашенко: "Мы не должны как в советское время ездить в Москву выпрашивать деньги". Сейчас, конечно, после начала войны в Украине ситуация заставляет всех союзников сближаться, наступая на горло своему я. Беларусь вполне может снизить планку претензий на место в определении союзного курса в финансовых вопросах. Но официально пока отхода от многолетней установки не звучало», - сказал он.

Разведка боем

Хорошо знакомый, как с белорусскими, так и казахстанскими реалиями эксперт по инфраструктурным проектам Центральной Евразии Кубат Рахимов отметил, что президент РФ пока прощупывает почву, проводит разведку боем. В любом случае сегодняшнее положение дел в российской экономике далеко от идеала и попытки такого рода будут восприниматься союзниками как желание решить свои проблемы за их счет. Резкий обвал рубля, по мнению ряда экспертов, привел к банкротству ряда белорусских экспортеров и серьезным образом изменил расстановку сил во взаимной торговле. То есть, по сути, помимо лишения многих российских импортеров оборотного капитала и лишив МСБ дешевых кредитных ресурсов, Центробанк РФ не дал однозначных конкурентных преимуществ российским производителям. Но одновременно был нанесен сокрушительный удар по позициям белорусских и казахстанских производителей, начавших заполнять нишу российского рынка после введения санкций. Таким образом, обвальная девальвация российского рубля нанесла, на самом деле, ущерб идее единой валюты ЕАЭС не меньше, чем аргументы самых отъявленных скептиков интеграции, сказал он.

«В качестве примера хочу привести Польшу, которая до сих пор держит дистанцию с евро. В кризис 2008-2009 годов, польский злотый был девальвирован на 33% ради целенаправленной поддержки польских производителей. Эта стратегия себя полностью оправдала. В случае же осеннего падения рубля был хаос в отличие от упреждающей девальвации тенге или поэтапного "спуска" привычного к этому белорусского рубля. Поэтому я прогнозирую весьма скептическое и крайне сдержанное отношение к идефикс единой валюты до окончания первого этапа формирования устойчивого интеграционного объединения. Возможно, что у финансовых властей РФ есть какие-то скрытые козыри, но в условиях турбулентности и режима санкций против России, вряд ли эти козыри высокого номинала», - заключил он.

Армения останется вне единой валюты

Между тем, еще один участник ЕАЭС Армения объявила, что у Еревана нет планов, перейти на единую валюту. Еще 14 марта пресс-служба ЦБ Армении сообщила, что каких-либо переговоров или официальных обсуждений в этом направлении не было, и понадобятся годы на то, чтобы в ЕАЭС были созданы условия для перехода на единую валюту. В рамках ЕАЭС обсуждался вопрос формирования единого регулятора финансового рынка, что должно произойти после 2025 года. За это время должны быть гармонизированы национальные законодательства, нормативы, и только после этого этот вопрос может войти в повестку, подчеркнул член совета армянского ЦБ Арменак Дарбинян.


Возврат к списку новостей

Рекламодателю