Новый налог на P2P-переводы: выйдут ли из тени предприниматели?

02.08.2021

Источник: Atameken Business

Оборот безналичных переводов в июне достиг 6,2 трлн тенге.

Смартфоны все чаще заменяют казахстанцам кошелек. Услуги такси, покупки в магазинах у дома и на рынках в большинстве случаев оплачиваются с помощью интернет-банкинга. Месячный оборот безналичных переводов и платежей в стране достигает 6,2 трлн тенге. Пока они не облагаются налогами, но министерство финансов готовит механизм фискализации переводов, получателями которых являются субъекты бизнеса. О том, насколько осуществима задача и к чему может привести новый налог, inbusiness.kz рассказали эксперты.

Переводы мобильные – покупки мелкие

По данным Национального банка РК, в первом полугодии текущего года количество безналичных транзакций в стране увеличилось в 2,5 раза, до 2589,3 млн операций, и в 2,3 раза в объеме, достигнув 29,8 трлн тенге. При этом основная доля из них совершена с помощью мобильного банкинга. В частности, на него приходится 67,2% от общего количества операций и 83,1% от общего объема безналичных платежей и переводов денег. POS-терминалы занимают 32,7% и 16,4% от общего количества и объема безналичных платежей и переводов денег.

В НБ отмечают высокий удельный вес платежных карточек по количеству и низкий по объему транзакций. Это говорит о том, что они в основном используются для платежей и переводов на небольшие суммы. К примеру, по итогам минувшего июня свыше 90% платежных операций заняли безналичные карточные платежи и переводы на сумму 6,2 трлн тенге. Однако это всего 11,6% от объема совершенных транзакций.

Новый налог на P2P-переводы: выйдут ли из тени предприниматели?

По состоянию на 1 июля 2021 года эмиссию платежных карточек осуществляли 21 банк и АО «Казпочта». Указанные организации выпускают и распространяют платежные карточки международных систем VISA International, MasterCard Worldwide, UnionPay International, American Express International и Diners Club International. Кроме того, банки Казахстана выпускают платежные карточки локальных систем: Altyn Card – АО «Народный банк Казахстана», локальная карточка Ситибанка Казахстан – АО «Ситибанк Казахстан» и система платежных карт Kaspi.kz – АО Kaspi Bank.

В обращении находится 54 млн платежных карточек. Самыми распространенными являются дебетные карточки, их доля составляет 71,3%, доля кредитных карточек – 25,8%. На долю дебетных с кредитным лимитом и предоплаченных карточек приходится 2,8%.

«Голубая мечта» минфина или осуществимая задача?

Наиболее популярны среди казахстанцев мобильные переводы внутри экосистемы Kaspi. Операции совершаются мгновенно и снимают проблему выдачи сдачи. В идеале по законодательству продавец или услугодатель после получения перевода от покупателя должен пробить на кассе чек. Но у казахстанских налоговиков имеются большие сомнения на этот счет. В министерстве финансов Казахстана усматривают здесь возможность субъектам МСБ скрывать доходы и уходить от налогов. В этой связи в госоргане намерены исключить эту брешь. Алгоритм планируется разработать и внедрить к 2023 году.

Пользователям мобильных переводов в ведомстве обещают предусмотреть механизм, который будет разделять счета серых предпринимателей и счета физических лиц по принципу частоты транзакций. Благотворительные переводы при этом налогами облагаться не будут, заверяют в минфине.

«Нужны расчеты – стоит ли игра свеч»

Эксперт Института мировой экономики и политики (ИМЭП) Магбат Спанов

Понятно желание налоговых ведомств увеличить налоговые поступления за счет фискализации. Государству всегда не хватает финансовых ресурсов для покрытия бюджетных расходов. Но здесь имеется много вопросов и нюансов, которые требуют ответа.

Во-первых, в основном этими переводами пользуются, чтобы перевести небольшие суммы – 1000, 2000 тенге. Необходимы предельные суммы, которые будут облагаться налогом.

Во-вторых, также непонятно, как будут отделять личные переводы от операций платы за товары или услуги субъектов бизнеса. Например, человек хочет оказать финансовую помощь своим детям, родным или близким. Он перечисляет свои деньги с помощью мобильных переводов. И за это будут взимать налог? Четких критериев нет.

Мне кажется, назрела необходимость реформ самой налоговой системы.

Что предлагается министерством финансов в последние годы, в основном направлено на фискализацию всех и всего. Но общество не доверяет тому, как расходуются налоговые поступления государственными органами. Налогоплательщики считают, что увеличение налоговых поступлений не приводит к улучшению функционирования социальной сферы, к сокращению бедности в стране, росту экономики, созданию современной инфраструктуры. Они считают, что работа госорганов направлена прежде всего на покрытие государственных «прожектов» за счет налогоплательщиков, которые не несут пользы обществу.

Общество видит, как порой неэффективно расходуются бюджетные средства, тратятся деньги из Нацфонда. Все это, конечно, не добавляет позитивного отношения к тем планам, которые предлагает налоговый комитет.

По этой причине население будет сопротивляться такому контролю. И, если со стороны общества будет идти полное игнорирование, какие бы меры ни предпринимались налоговым комитетом, они могут привести к дисбалансировке самой налоговой системы.

Пример этому – вакцинация в стране. Казалось бы, во время пандемии коронавируса вакцина должна спасать наши жизни. Но даже это не смогло убедить основную часть населения вакцинироваться. Система здравоохранения за счет принятых ранее решений не только оказалась не готова к пандемии, но и стала терять доверие общества.

А что говорить о том, когда будут залезать в личный кошелек каждого гражданина. Вспомним также ситуацию с завезенными автомобилями с армянскими и киргизскими номерами, когда люди выходили на улицы, перекрывали дороги. В случае с фискализацией мобильных переводов это может повториться, но с более оглушительным результатом. У нас и без того очень высока доля теневого сектора (официально около 30%), а после этого она может еще больше увеличиться.

И потом, нужны расчеты – стоит ли игра свеч? Может, мы соберем налогов на миллиард с этих переводов, а потратим для того, чтобы этот миллиард собрать, полтора миллиарда тенге. Какой смысл тогда бороться за эти отчисления?

Еще вопрос в том, как налогообложение карточных переводов будет администрироваться. В Казахстане в среднем человек трудоспособного возраста имеет одну-две карточки или даже больше. В итоге таких счетов может быть несколько десятков миллионов. Как налоговый комитет сможет это отслеживать? Получается, они будут выборочно следить.

В любом случае, чтобы взять под контроль эти переводы, нужно увеличивать штат налоговых комитетов. А это увеличение и привлечение в штат дополнительных людей и рост дополнительных расходов. Это соответствующие издержки. Мы часто ищем пути, которые в международной практике даже не рассматриваются. При этом, к большому сожалению, у нас низкий уровень правовой культуры, политической культуры, финансовой культуры. С этих моментов надо начинать.

Может быть, легче под контроль взять банки Казахстана и их заставить выплачивать дополнительные налоги (их количество около сорока по всей стране), чем заставлять девятнадцать миллионов граждан перечислять налоги.

Да, в будущем этот вопрос надо прорабатывать, потому что банки тоже за счет оборотов наращивают прибыль. И, например, капитализация самого успешного банка Казахстана «Каспи банк», и не только его, тоже во многом зависит от таких переводов и счетов.

«Финтех развивается. Бизнес может найти другую теневую платформу»

Член совета директоров АО «Сентрас секьюритиз» Талгат Камаров

Теневой рынок существует еще со времен, когда предприниматели торговали с наличкой. Рост мобильных переводов – это просто переход взаиморасчетов в «цифру». Бесплатные онлайн-переводы стали массово использоваться малым бизнесом.

Здесь можно отметить, что, с одной стороны, мобильные переводы облегчают наблюдение за денежными потоками. Но не исключено, что после обложения их налогом весь МСБ, который работает с данными переводами, уйдет в другую тень. Предприниматели могут найти другую нишу для переводов и не попадать под надзор фискальных органов. Сейчас финтехнологии развиваются бурно, появляются альтернативные инструменты, начиная с биткоинов и заканчивая переводами без открытия счетов.

На мой взгляд, фискальные органы пытаются поймать «черную кошку в черной комнате». Взимание налогов с карточных переводов – шаг на 20 лет назад. То есть мы обратно перейдем в наличность, взаиморасчеты в денежных средствах. Здесь нужны комплексные, технологичные решения, которые бы стимулировали предпринимателей выходить из тени и идентифицировать себя как хозяйствующий субъект, декларировать свои доходы, платить налоги.

Вопрос заключается в идентификации. Все финансовые институты должны знать своего клиента, опознать в нем предпринимателя, заставить его раскрыться как предпринимателя, заявить о себе.

Банк должен предъявлять требования к своим клиентам, как сейчас это происходит при проверке на финансирование терроризма. Данные фильтры уже работают в определенных направлениях. Можно подобными инструментами пользоваться, чтобы идентифицировать предпринимательскую деятельность. То есть распознать скрытого предпринимателя банк может, видя подозрительные операции, которые подпадают под критерии предпринимательской деятельности. С такими клиентами он может работать по специальным условиям, которые будут способствовать его легализации. Это может быть и специальная тарифная политика, меры стимулирования. Одновременно банк не будет нарушать банковскую тайну клиентов. Но для БВУ это дополнительные капиталовложения, определенные усилия, денежные вливания. Поэтому им неинтересно самостоятельно работать в данном направлении. Никакого выигрыша они не получат.

Вывод серого бизнеса на белую сторону – общая задача всего экономического сообщества. Должна быть комплексная работа, в которой заинтересованы не только фискальные органы, но и банки. Но банки по своей инициативе этого делать не будут. Должно быть соответствующее регулирование, диалог, компромиссное решение.

Динара Куатова


Возврат к списку новостей

Рекламодателю