Быть ли дедолларизации в Казахстане?

13.08.2015

Источник: Forbes Kazakhstan

Мессидж о том, что нужно больше доверять национальной валюте, финансовый сектор, бизнес и население словно не услышали: план Нацбанка РК и правительства по дедолларизации экономики терпит сокрушительную неудачу. И без того «высокодолларизированное сознание» (по определению главы регулятора Кайрата Келимбетова) становится, похоже, сверхдолларизированным.

Реальность такова: банкам не хватает тенговой ликвидности, и они не желают переводить свой баланс в тенге, предпочитая занять необходимую сумму у центробанка, чем произвести конвертацию. Растет количество займов в иностранной валюте, хотя все последние годы регуляторные меры были строго направлены на то, чтобы свести к минимуму этот сегмент в пользу тенговых кредитов. Национальные компании (по сути, весь квазигосударственный сектор) также держат свои активы в иностранной валюте, позабыв об указании президента страны переложиться в тенге. Население предпочитает низкодоходные валютные вклады высокодоходным (более чем в 3 раза!) тенговым.

Недавнее расширение валютного коридора должно было, по идее, несколько ослабить долларовое напряжение. Но сброса отрицательной – для тенге – энергии не произошло.

Так сможет ли власть, и при каких условиях, справиться с засильем доллара в экономике и в нашей ментальности? На вопросы Forbes.kz в эксклюзивном интервью ответила директор Центра анализа общественных проблем (Public Policy Research Center), кандидат экономических наук Меруерт Махмутова.

– Меруерт Маутхановна, правильно ли поставлена цель дедолларизации?  Своевременно ли? Выполнима ли эта задача в текущих условиях, когда наблюдается большая волатильность на валютных рынках, а доверие к Нацбанку РК и национальной валюте после неожиданной девальвации в 2014 cерьезно подорвано?

– На мой взгляд, заявления казахстанских официальных лиц по дедолларизации, которые появились с осени 2014, являются отголоском аналогичных заявлений российских политиков. Если в России они имеют политическую подоплеку, то в нашем случае такие заявления  малообоснованны.

Дедолларизация предполагает диверсификацию экономики и доверие к национальной валюте. С диверсификацией прогресса нет: более 60% экспорта составляет  экспорт углеводородов, которые торгуются на международных рынках за доллар. В результате более половины госдоходов формирует нефтегазовый сектор. К тому же активы Нацфонда инвестированы  преимущественно в долларовые  инструменты. Две девальвации, в 2009 и 2014, подорвали доверие к тенге. Население потеряло в результате этих девальваций около 50% сбережений в тенговых депозитах. Столько же потеряли пенсионные сбережения граждан в долларовом эквиваленте.

Реальная дедолларизация в Казахстане происходила в тучные 2000-е. На волне роста доходов от нефти и заимствований банков на международных рынках тенге укрепился с почти 150 тенге за доллар в 2003 до 120 тенге перед девальвацией 2009. Понятно, что тогда народ предпочитал хранить сбережения в тенге. Посещая в те годы Бишкек, Ташкент, Самарканд, я была приятно удивлена, что торговцы сувенирами принимали тенге к оплате…

Что происходит сейчас? Повышение волатильности рубля в 2014 усиливало давление на курс тенге. В декабре прошлого года курс рубля обрушился в два раза. Позже добавилось падение нефтяных цен. На горизонте замаячила очередная девальвация. Поэтому попытки граждан хоть как-то защитить сбережения вполне объяснимы. Уместно ли в такой неопределенности ставить целью дедолларизацию? Ставить, конечно, можно всегда, но главное – какие пути дедолларизации выбрать.

– Долларизация – это действительно зло для экономики? В чем заключается её негативное влияние?

– Есть английский термин currency substitution, то есть вытеснение одной валюты другой, которая является средством сбережения, средством обращения и мерой стоимости. Тенге, так же как и доллар, используется как средство сбережения: можно посмотреть статистику по депозитам. Все платежи в Казахстане должны осуществляться в тенге, поэтому функция тенге как средства обращения тоже выполняется в большинстве случаев. Говорю «в большинстве», так как при взаиморасчетах между физическими лицами за крупные покупки - например, машину, квартиру - может использоваться доллар. Но если автомобиль приобретается в салоне, то оплата будет только в тенге. Однако меру стоимости одновременно с тенге выполняет и доллар – для определения цены, иногда и заработной платы на неофициальном уровне.

Опасность представляет номинирование долговых обязательств в иностранной валюте, поскольку каждая девальвация автоматически увеличивает сумму займа в тенговом выражении. Если у граждан и компаний доходы в тенге, то зачем им выдавать кредиты в долларах? В результате это приводит к высокому уровню неработающих кредитов.

Исследования показывают, что экономики стран с высоким уровнем долларизации растут медленнее, их текущие счета подвержены волатильности, они платят высокую цену в случае внешних шоков, нежели государства, долларизации не подверженные.

– Какие инструменты существуют для проведения успешной дедолларизации на локальном рынке? Всеми ли пользуются Нацбанк и правительство? Правильный ли инструмент – низкий порог гарантирования депозитов в инвалюте и низкие рекомендуемые ставки вознаграждения по валютным вкладам?

– Девальвация в феврале 2014 привела к падению доверия к тенге: если на 1 января 2014 валютные вклады клиентов в банках составляли 37%, то на 1 января 2015 они выросли почти до 58%, соответственно, у юридических лиц - с 33% до 52%, у физических лиц - с 44% до 67%.

С целью дедолларизации Национальный банк в начале марта 2015 снизил процентную ставку на депозиты в долларах до 3%, повысил гарантированную сумму вкладчикам на депозиты в тенге в 2 раза – с 5 млн до 10 млн тенге, предоставил банкам 130 млрд тенге для  реструктуризации кредитов и установил запрет на указание цен в иностранной валюте и условных единицах.  

Удалось ли тем самым повысить доверие в тенге? Недавно председатель правления НБРК Кайрат Келимбетов заявил, что заявленная цель достигается, произошло  снижение долларовых депозитов до 52%. Но он забыл упомянуть, что за это же время (январь-май 2015) снизился общий объем депозитов в банках на 247 млрд тенге – идет отток вкладов из банковской системы. У физических лиц тенговые депозиты снизились на 68,3 млрд тенге. Правда, тенговые депозиты у небанковских юридических лиц выросли на 342,6 млрд тенге. Но я подозреваю, что это государственные инвестиции, направленные в инфраструктурные проекты, дойдя до компаний, осели в виде депозитов в банках.

На мой взгляд, реальным шагом к дедолларизации станет прекращение выдачи кредитов юридическим и физическим лицам в долларах и перевод всех имеющихся долларовых кредитов в тенге. Тогда граждане поверят, что правительство и Нацбанк заинтересованы в дедолларизации.

– Как оценить уровень долларизации экономики? Нацбанк сначала говорил о 40-процентной доле долларовых активов, теперь поднял свою оценку до 70%. Каков он в других странах?

– Есть маленькие государства, такие как Маршалловы острова, Микронезия, Панама, которые долларизованы на 100%. Уровень долларизации в той или иной стране меняется в зависимости от уровня  развития финансовой системы. Как показывают данные по транзитным экономикам, в 1990-е, на пике уровень долларизации в России достигал 42%, в Словении – 48,4 %, в Польше – 24,8%, в дальнейшем постепенно снижаясь по мере стабилизации экономики. Так что нам остается только ждать стабильности.

Возврат к списку новостей

Рекламодателю