Чего больше в решениях ФРС – прагматизма или политики?

06.10.2016

Источник: Forbes.kz

Дональд Трамп утверждает, что ФРС применяет монетарные стимулы сверх всякой меры, чтобы загипнотизировать избирателей и заставить их поверить, будто экономика страны восстанавливается.

Эта идея не совсем безумна, но я просто не вижу для неё подтверждений. Если бы Джанет Йеллен действительно хотела сохранить процентные ставки в замороженном состоянии, зачем бы она тогда все последние месяцы подталкивала своими заявлениями долгосрочные ставки вверх, настаивая на том, что ФРС, скорее всего, будет поднимать ставки быстрее, чем сейчас думают на рынке?

В истории центральных банков, конечно, известны случаи, когда они помогали действующей власти накануне выборов, позволяя расти инфляции и поддерживая бум на рынке труда. Во время кампании по переизбранию президента США Ричарда Никсона в 1972 тот жёстко наставлял председателя ФРС Артура Бёрнса, что экономике необходимо монетарное стимулирование, так как это поможет ему победить демократического соперника Джорджа Макговерна. Никсон убедительно выиграл, но политика Бёрнса привела к созданию условий для роста инфляции по всему миру в 1970-х, а в дальнейшем – к развалу послевоенной системы фиксированных валютных курсов. Долгосрочные последствия этой политики стали катастрофой.

Готова ли Йеллен повторить старые и недобрые семидесятые, когда инфляция в США была двузначной? Я в этом сомневаюсь. Не так уж трудно предположить, что лично Йеллен столь же низко ценит Трампа, как и он её, но большинство экспертов не видят никаких сигналов того, что рост инфляции уже за углом.

Есть, правда, те, кто настаивает, что ФРС нужно срочно поднять процентные ставки и ограничить предложение денег, иначе экономика США пойдёт по пути Зимбабве (где в конце 2008 инфляция превышала 25000%). Но на протяжении последних шести лет любые утверждения, будто увеличение балансов ФРС вызовет рост инфляции, оказывались совершенно ложными. Инфляция в США постоянно оказывается ниже целевых уровней. Даже сегодня доходность гособлигаций отражает глубокий скептицизм по поводу желания и возможностей ФРС постоянно поддерживать рост цен на официальном целевом уровне 2%.

Более того, те центральные банки, которые преждевременно попытались начать повышение процентных ставок, в том числе Европейский центральный банк и Шведский национальный банк, были затем вынуждены вновь сменить курс. ФРС хочет избежать подобного. Сегодня показатели экономики США значительно улучшились, и момент для нового повышения ставок, по всей видимости, приближается.

Однако глупо полагать, будто немедленное начало политики дальнейшего повышения ставок является не вызывающим сомнений вопросом. В мире сохраняется понижательный тренд учётных ставок. ЕЦБ и Банк Японии по-прежнему настроены вести мягкую политику, как и многие другие центральные банки из стран поменьше. Федеральный резерв уже провёл определённое ужесточение политики, просто не принимая новых решений, так как позволил укрепиться доллару США.

Конечно, у центральных банков нет иммунитета от манипуляций, а борьба с политическим давлением – это бесконечная битва. Во время финансового кризиса монетарные власти столкнулись с необходимостью взять на себя временные чрезвычайные полномочия, в том числе начать масштабную скупку государственные и частных облигаций. Для большинства центральных банков, в том числе и ФРС, на горизонте до сих пор не видно чистого выхода из этой ситуации, что делает проблему политической независимости ещё более запутанной, вне зависимости от проходящих выборов.

Есть те, кто верит, что единственным спасением станет возвращение в эпоху золотого стандарта конца XIX века, когда правительства фиксировали цену своей валюты в золоте, оставляя, тем самым, не так уже много пространства для политического вмешательства. К сожалению, энтузиасты золота на удивление (а может быть, и умышленно) мало говорят о хронических финансовых кризисах и глубоких рецессиях, свойственных той эпохе. В конечном итоге, золотой стандарт рухнул, так как во время Первой мировой войны правительства были вынуждены отказаться от него. После этого им так и не удалось полностью восстановить доверие общества.

Более дальновидные эксперты говорят о частных криптовалютах (например, биткойн), как о деньгах будущего, и доказывают, что они позволяют полностью исключить политику из денежного уравнения. Однако эти взгляды тоже очень наивны. Правительства уже сейчас могут заблокировать обращение криптовалют в легальной экономике, ограничив доступ к ним банков, введя специальные налоги или запретив принимать их к оплате в розничной торговле. (И, как я объясняю в моей новой книге «Проклятие наличных», биткойн едва ли можно рассматривать как замену купюрам крупного номинала в долгосрочной перспективе).

Да, технология блокчейн очень интересна; она, вероятно, найдёт широкое применение в банковской и финансовой сферах и других отраслях экономики. Но она не является гарантией защиты от политического влияния на размеры инфляции. В длительной истории денег – от чеканки монет до появления бумажных денег – частный сектор мог выполнять роль инноватора, но конечным пользователем этих инноваций всего становился госсектор. Так или иначе, но власти всегда будут иметь возможность контролировать действующие в стране правила.

Ирония в том, что лучшим способом защиты центральных банков от политического давления стало бы расширение доступного набора инструментов, который позволял бы им проводить эффективную политику негативных процентных ставок. Но это займёт время (и об этом я тоже пишу в своей книге). А пока что ФРС и другие центральные банки вынуждены продолжать идти по канату, что делает их особенно уязвимыми к внешнему давлению. К счастью, у ФРС сейчас правильный председатель, который может и хочет противостоять этому давлению.
Возврат к списку новостей

Рекламодателю