Есть ли в Казахстане кризис управления государством экономикой?

17.06.2016

Источник: Forbes.kz

На эту тему рассуждает директор ТОО «OilGasProject» Жарас Ахметов

Представьте себя за рулем автомобиля, в котором вам надо добраться из пункта А в пункт Б. Вы вращаете баранку, давите то на педаль газа, то на педаль тормоза, то есть оказываете управляющее воздействие на свой автомобиль, который является объектом управления. Смотрите на дорогу, смотрите на панель с индикаторами, показывающими скорость, обороты, запас бензина, заряд аккумулятора, температуру двигателя – иначе говоря, получаете информацию, в соответствии с которой оказываете управляющее воздействие.

И вот вы ехали, ехали и приехали не в пункт Б, а в пункт В, потому что заблудились от того, что пользовались устаревшей картой, а GPS навигатора у вас нет. Или двигатель заглох, потому что бензин неожиданно кончился, а вы считали, что его достаточно, ориентируясь на неисправный индикатор запаса топлива. Это и есть кризис управления – вы принимаете управляющие решения, опираясь на неверные данные.

Другой вариант кризиса управления – это когда вы, неверно оценив дорожную обстановку, решили пойти на обгон (или резко затормозили) и создали ДТП. То есть само принятое решение было в корне неверным.

Вернемся от нашего простенького примера к Казахстану. Наличествует ли у нас в стране кризис управления государством экономикой?

Для начала попытаемся определить, насколько адекватна в соответствии со стоящими перед страной целями та информация, которой руководствуются государственные органы при принятии решения. (Важная оговорка: я исхожу из презумпции достоверности информации, представляемой Комитетом по статистике МНЭ РК).

Известно, что цель у нас одна – войти в число 30 самых развитых стран мира. Критерии этой тридцатки несколько размыты, но интуитивно понятно, что речь идет о странах с самым высоким качеством жизни. Количественно качество жизни отображается размером ВВП на душу населения, ожидаемой продолжительностью жизни, уровнем бедности, местом, занимаемом в различных рейтингах: конкурентоспособности, экономической свободы, качества образования, качества здравоохранения и т.д.

Государственные чиновники разных рангов у нас обычно оперируют индексом физического объема ВВП, посчитанного методом производства, показателями валового выпуска продукции или оказанных услуг, количеством вновь созданных рабочих мест, иногда изменениями реальных доходов населения.

Это все хорошие показатели, но отражают ли они реальную картину процессов, происходящих в стране? А самое главное – отражают ли они ту информацию, используя которую можно продвинуться к поставленной цели? Давайте разберемся.

Во-первых, оперативные данные, отражающие процессы, происходящие в экономике, публикуемые на ежемесячной, ежеквартальной и даже ежегодной основе, содержат в себе существенные ошибки. Это связано и с несвоевременностью сдачи статистической отчетности как государственными органами, так и предприятиями; а также с ошибками, содержащимися в отчетах и исправляемыми позднее, и ошибками экстраполяции данных, полученных в результате бюджетных обследований и опросов, на всю экономику.

Чтобы не быть голословным, приведу несколько примеров.

В экспресс-информации № Э-05-03/280 от 30 июля 2014 ВВП методом производства за 2013 указан в размере 35 275 153,3 млн тенге. На сайте КС МНЭ РК, на странице «Интегрированные счета» можно скачать файл в формате Excel «ВВП в текущих ценах». В нем ВВП за 2013 указан в размере 37 085 327,9 млн тенге. Разница – 1 810 174,6 млн тенге, или 4,9% от последних данных.

Расходятся данные и за 2014. В экспресс-информации № Э-41-02/144 от 21 апреля 2015 ВВП равен 38 711 903,9 млн тенге. В указанном выше файле – 40 754 832,5 млн тенге. Разница – 2 042 928,6 млн тенге, или 5%. Файл «ВВП в текущих ценах» обновляется постоянно, и в нем содержатся более надежные данные, учитывающие уточнения, сделанные месяцы спустя. К данным за 2013 есть примечание: «Уточнения в связи с учетом налогов на продукты от поступлений организаций нефтяного сектора».

В бюллетене КС МНЭ РК «Основные показатели работы промышленности Республики Казахстан за январь декабрь 2015» указано, что объем произведенной промышленной продукции за год составил 14 634 477 млн тенге. Там же говорится, что этот объем составляет 98,4% от прошлого, 2014 года. Индекс цен промышленности 2015 к 2014 – 94,6%. Соответственно, в ценах 2014 промышленное производство 2015 составило 15 469 849 млн тенге. Зная ИФО, мы можем легко посчитать, что промышленное производство в 2014 должно было составить в денежном выражении 15 721 391 млн тенге. Но если мы откроем такой же бюллетень за 2014, то увидим, что в нем указано: продукции было произведено на 18 492 753 млн тенге. Разница – 2 771 362 млн тенге, или 17,6%. Нестыковка просто потрясающая.

Примеры можно множить, но ограничимся этими, чтобы не перегружать читателя излишней информацией.

В этих расхождениях нет никакой конспирологии - просто таков процесс сбора статистических данных и их обработки.

Как бы там ни было, решения принимаются на основе оперативных данных, содержащих существенные ошибки, что не может не сказаться на качестве самих решений. Возвращаясь к приведенному в начале статьи примеру, можно сказать, что с такой «точностью» совсем несложно заблудиться.

Президент страны Нурсултан Назарбаев в своей статье «План нации – путь к национальной мечте», в частности, писал: «… для осуществления качественного планирования необходимо обеспечить достоверность государственной статистики. Поэтому важно повысить ответственность респондентов и административных источников за предоставление качественных статистических данных».

И сегодня, когда наша экономика испытывает известные трудности, задача, поставленная главой государства, является одной из важнейших. К сожалению, ни предыдущий, ни нынешний министры национальной экономики не докладывали общественности об успехах в решении этой задачи.

Во-вторых, макроэкономические показатели и индексы производства товаров не в полной мере отражают качество развития страны.

Если посмотреть на индекс человеческого развития, рассчитываемый ООН, то можно увидеть, что его значение с 2010 по 2014 выросло всего на 2,9%. Для страны, поставившей амбициозную задачу войти в число 30 самых развитых стран мира, это не очень высокий показатель. У нас сократилась доля населения, имеющего доходы ниже величины прожиточного минимума, с 5,1% в 2010 до 2,3% в 2015, то есть больше, чем в два раза. Хороший показатель. Но и сама величина прожиточного минимума в постоянных ценах тоже сократилась. Если привести величину прожиточного минимума в декабре 2015 (19 816 тенге) к ценам декабря 2010, то этот показатель составит 13 613 тенге, что меньше величины прожиточного минимума в декабре 2010 – 13 728 тенге.

С большим сожалением приходится констатировать, что данные, содержащиеся в бюллетене КС МНЭ РК «Качество жизни населения», мало сопоставимы, если сравнивать год с годом, а бюллетень за 2015 вообще бессодержателен. Хорошо, что есть международные индексы и рейтинги. Из них мы можем почерпнуть сведения, дающие представление о качестве жизни в нашей стране.

Почитаем «Доклад о человеческом развитии 2015» ООН. Из него мы узнаем, что задержка в росте (умеренной или тяжелой степени), вызванная недостатком питания, наблюдается у 13,1% детей в возрасте до 5 лет. Для сравнения, в Белоруссии – 4,5%. Или мы узнаем, что доля населения Казахстана, живущего на деградированных землях, составляет 23,5% (данные за 2010). Или что только 39% опрошенных удовлетворены качеством медицинского обслуживания, а 46% удовлетворены качеством образования.

Подводя итоги

Первое. Государственный аппарат в своих решениях опирается на недостоверные данные.

Второе. Данные, которые служили бы индикаторами, обозначающими наше продвижение к поставленной цели - вхождение в число 30 самых развитых стран мира - находятся за пределами внимания наших бюрократов.

Все это позволяет говорить, если не о кризисе, то о серьезных проблемах с качеством государственного управления экономикой.

В следующий раз оценим качество принимаемых управленческих решений.
Возврат к списку новостей

Рекламодателю