Парадокс нефти — Brent выше $110, а добыча РК Q1 упала на 19,8%

В первом квартале 2026 года Казахстан добыл 19,7 миллиона тонн нефти и газоконденсата — на 19,8% меньше, чем за тот же период 2025-го. Главные причины — аварийная остановка Тенгиза 18 января из-за пожара, ограничения перевалки через Каспийский трубопроводный консорциум после атак беспилотников, плохая погода и регулярные тревоги из-за угроз внешних ударов. На фоне Brent выше $110 это создаёт парадоксальную ситуацию: цена есть, а объёма нет. Banker.kz объясняет, как Минэнерго рассчитывает выйти на план и что это значит для бюджета.

По данным Министерства энергетики РК, представленным на заседании правительства 14 апреля 2026 года, объём добычи нефти и газового конденсата за январь–март составил 19,7 миллиона тонн — 80,2% к аналогичному периоду прошлого года. Экспорт нефти за три месяца — 15,3 миллиона тонн (78,5% к Q1 2025).

Для сравнения: в 2025 году Казахстан добыл рекордные 99,376 миллиона тонн (рост на 13,3% год к году). По плану 2026 года добыча должна была составить 100,5 миллиона тонн — впервые в истории страны перейти психологический рубеж. Сейчас Минэнерго пересматривает прогноз до 96–98 миллионов тонн.

Главные пострадавшие — три ключевых месторождения:

Тенгиз (ТШО). 18–19 января 2026 года пожар на трансформаторе привёл к перебоям с энергоснабжением и аварийной остановке добычи. По предварительным оценкам, из-за простоя Казахстан мог недополучить до 700 тысяч тонн нефти, предназначенной для экспорта через КТК. К началу марта Тенгиз восстановил добычу до 120 000 тонн в сутки.

Кашаган (NCOC). Снижение связано с проведением планового капитального ремонта и ограничениями перевалки. После запуска газоперерабатывающего завода мощностью 1 миллиард кубометров (ожидается в 2026 году) производство должно вырасти на 1 миллион тонн в год.

Карачаганак (KPO). На месторождении завершён ввод пятого компрессора обратной закачки сырого газа, шестой планируется к запуску во II квартале 2026 года. Это обеспечит поддержание добычи нефти на уровне 10–11 миллионов тонн в год.

Каспийский трубопроводный консорциум — ключевая экспортная артерия Казахстана. По итогам 2025 года через КТК прокачано 55,4 миллиона тонн нефти из общих 70,5 миллиона тонн казахстанского экспорта (80%). Маршрут идёт из Атырауской области через территорию РФ в Новороссийск, оттуда — танкерами в Европу.

Уязвимость инфраструктуры показала себя в полной мере. В конце 2025 года выносное причальное устройство (ВПУ-2) КТК было повреждено в результате атаки безэкипажным катером (БЭК). КТК ограничил перевалку нефти и сейчас отгружает сырьё с двух других ВПУ. Доставка нового ВПУ ожидалась в середине марта, но потребуется время для монтажа.

Кроме того, инфраструктура и танкеры КТК неоднократно становились целями украинских дронов. В январе 2026 года вблизи терминала КТК были атакованы как минимум три танкера: Matilda, Delta Harmony и Delta Supreme. Это создаёт серьёзные страховые и логистические проблемы.

В декабре 2025 года Казахстан временно не смог экспортировать около 3,8 миллиона тонн нефти из-за ограничений перевалки. Министр энергетики Ерлан Аккенженов уточнял, что речь идёт о нефти на хранении, прямые финансовые потери пока невозможно подсчитать — они станут известны только после продажи.

Казахстан давно работает над диверсификацией экспортных маршрутов, но альтернативы КТК остаются узкими.

Атырау — Самара.Через систему «Транснефти» далее до порта Усть-Луга. Мощность 15–18 миллионов тонн в год. В 2022-м прокачка составила 8,4 миллиона тонн.

Каспий.Через танкеры в Баку, далее по трубопроводу Баку — Тбилиси — Джейхан. Цена прокачки по БТД — 100 долларов за тонну против 38,4 у КТК. БТД уже загружен на 60 миллионов тонн в год из возможных 62 — резерва почти нет.

В Китай.Около 1,1 миллиона тонн в год — менее 2% от общего экспорта.

В марте 2026 года «КазМунайГаз» договорился с оператором Тенгиза о дополнительной поставке 100 тысяч тонн нефти в сторону Усть-Луги. Также прорабатывается проект строительства нефтепровода Ескене – Курык, который мог бы расширить каспийский маршрут.

Но фундаментально маршруты вне КТК не способны заместить основную артерию. Текущее ограничение по КТК — это структурный риск для всей нефтяной отрасли Казахстана.

Сейчас Brent торгуется выше $110 — это исторически высокая цена, на 20% выше базового сценария бюджета Казахстана (около $65 за баррель). Каждый дополнительный доллар к плановой цене даёт около 250 миллионов долларов нефтегазовых поступлений в Национальный фонд на год.

Параллельно объём упал на 19,8% за квартал. Если эта динамика сохранится весь год, недобор составит около 19 миллионов тонн от плана 100,5. По текущим ценам это эквивалент потери $8–10 миллиардов выручки от продажи нефти.

Чистый эффект для бюджета — нейтральный или слегка положительный. Высокие цены частично компенсируют падение объёмов. Но это не «премия», как в сценарии без аварий, а компенсация потерь от инцидентов.

Для понимания масштаба: 700 тысяч тонн нефти, недополученной из-за остановки Тенгиза в январе, при цене $110 за баррель стоят около $550–580 миллионов. Это потерянные доходы, частично перекрытые более высокими ценами на остальные объёмы.

Несмотря на текущие проблемы, Минэнерго сохраняет амбициозную траекторию роста добычи. К 2030 году суммарные инвестиции в развитие Тенгиза, Карачаганака и Кашагана превысят 17 миллиардов долларов. Эти три месторождения обеспечивают около 70% всей добычи углеводородов страны.

Проект расширения Тенгиза под управлением ТШО рассчитан на увеличение добычи примерно на 12 миллионов тонн нефти в год. ТШО создана в 1993 году совместно с Chevron и другими иностранными партнёрами; американская Chevron сохраняет 50% доли в проекте, КазМунайГаз — 20%.

На Кашагане ввод первого газоперерабатывающего завода (1 миллиард кубометров) ожидается в 2026-м — это даст +1 миллион тонн нефти. Второй ГПЗ (2,5 миллиарда кубометров) планируется в 2029 году — добавит ещё +2 миллиона тонн.

Карачаганак будет поддерживать добычу на уровне 11–12 миллионов тонн в год за счёт ввода пятого и шестого компрессоров. К 2028 году на месторождении планируется завершить строительство нового ГПЗ мощностью 4 миллиарда кубометров.

Для держателей акций КазМунайГаза (KMGZ) текущая ситуация — двойственный сигнал. С одной стороны, дорогая нефть поддерживает выручку. С другой — падение объёмов снижает рост и создаёт риски для дивидендной политики.

Для бюджета — частичная компенсация потерь от инцидентов через канал цен. Но если ситуация в Ормузском проливе нормализуется и Brent опустится к $90, недополучение объёмов проявится в полной мере.

Для долгосрочной стратегии — это сигнал о необходимости ускоренной диверсификации экспортных маршрутов. Проект Ескене – Курык, дноуглубление порта Курык, обновление каспийского флота — все эти направления получают новый импульс. По данным Минтранспорта РК, Middle Corridor в 2025 году показал рост спроса на 450% — это тоже часть ответа на риски КТК.

Для частного инвестора главный вывод: казахстанская нефтяная отрасль остаётся структурно зависимой от КТК и российской транзитной инфраструктуры. До запуска альтернативных маршрутов в полном объёме (горизонт 2028–2030) этот риск нельзя устранить, его можно только хеджировать.

II квартал 2026 года — запуск шестого компрессора обратной закачки газа на Карачаганаке.

Май–июнь 2026 года — установка нового ВПУ для КТК.

II–III квартал 2026 года — ввод первого ГПЗ на Кашагане. +1 млн тонн нефти в год.

Конец 2026 года — завершение расширения Тенгиза, рост добычи на 10–12 млн тонн в год к 2027-му.

Парадокс «дорогая нефть, низкая добыча» — не временный сбой, а структурный вызов для казахстанской экономики. Внешние риски (атаки на КТК, погодные ограничения) и внутренние инциденты (пожар на Тенгизе) показали уязвимость системы. Дополнительные инвестиции в альтернативные маршруты и новые газоперерабатывающие мощности — это не опция, а необходимость. Для бюджета 2026 года ситуация остаётся управляемой за счёт высоких цен, но рекордный план 100,5 миллиона тонн смещается на 2027 год.