Сергей Меднов (банк «Открытие»): «Для ИТ банков наступило время стратегии мелких шагов и поиска новой архитектуры»

25.03.2016

Источник: Bankir.ru

В первом интервью для Банкир.Ру мы поговорили со старшим вице-президентом, руководителем операционно-технологического блока банка «Открытие» Сергеем Медновым о «классических» темах банковских ИТ: формирование бюджета, взаимоотношения с вендорами, повышение эффективности ИТ. Продолжение следует…

ИТ-бюджет и стратегия мелких шагов

— Что сегодня приоритетно в управлении ИТ в банке?

— Эффективность. Она всегда была на повестке дня, но сейчас банковский сектор сжимается. И немногие банки сегодня обладают ИТ бюджетом, который позволял бы развиваться. Масса банков находится на «голодном пайке», когда дай бог, чтобы хватило хотя бы на минимальные изменения, без которых никак не обойтись.

Удержаться в рынке, найти возможности для разумного движения вперед, можно только если у вас есть четкое понимание, как совместить стратегические цели с тактическими задачами выживания. Сейчас время «стратегии мелких шагов». Очень мало слышно о каких-то громких проектах наподобие смены банковских платформ или глубоких реорганизациях и модернизациях ИТ-ландшафтов, о которых часто писали еще пару лет назад. Банки сейчас живут маленькими проектами. И очень важно понимание, как это «броуновское движение» направить в одну сторону. Это касается не только архитектуры или ИТ-стратегии, но это — и внутренние коммуникации, и отношение бизнеса к тому, что вы делаете. Если такого понимания нет, то банк стоит на месте, дергаясь в разные стороны.

— На сколько в вашем банке был сокращен ИТ бюджет?

— Если считать в рублях, то мы его не сократили, а даже увеличили. У нас в банке ИТ — в фазе активного развития, и топ-менеджмент банка видит в этом бизнес-преимущество и инвестирует по мере возможности. Мы инвестируем в те решения, которые помогают бизнесу работать эффективнее. Фокус сегодня — в снижении затрат и оптимизации процессов. И очевидно, что без ИТ здесь не справиться. Конечно, в бюджете есть определенная валютная составляющая, например поддержка западного оборудования и софта, доставшаяся нам от прежних «тучных» времен. И это создает дополнительную нагрузку.

— Какие именно проекты сегодня могут помочь бизнесу повысить эффективность?

— Любые проекты, где меньшим количеством людей можно продать больше продуктов или обслужить больше клиентов и обеспечить их поддержку и сопровождение. Это CRM для вторичных продаж, это новые скоринговые модели, это проекты по повышению эффективности операционных процессов. Это диджитализация, вывод клиентов в цифровые каналы. Если ранее диджитализацией занимались, поскольку это было инновационным трендом, то сейчас за ее счет стремятся сэкнономить. И эффект там виден сразу. Невооруженным глазом.

— А проекты по безопасности?

— Угрозы по безопасности сегодня есть, и большие. Сегодня изменилось направление самих хакерских атак. Если ранее атаковали частных клиентов, позднее объектами нападений стали юридические лица, то сейчас атакуют непосредственно банки. И снаружи, и изнутри. Есть много случаев, когда деньги пропадают прямо из учетных систем, суммы потерь стали совсем уж значительными, а методы и инструментарий хакеров напоминают голливудские фильмы. И с этими угрозами нельзя не считаться.

Бюджет развития: венчурные инвестиции

— Каково сегодня у вас соотношение бюджета развития и бюджета поддержки?

— Бюджет развития составляет примерно 25% от общего бюджета.

— На что, на какие проекты сегодня не жалко тратить деньги, если говорить о развитии?

— Проще сказать на что жалко. Мы не тратим сегодня денег на то, что не дает быстрого эффекта в течении полугода. Мы не делаем крупных затрат на те проекты, эффект от которых сложно подсчитать «на пальцах». Как я сказал, сейчас мы тратим свои ресурсы только на то, что понятно и апробировано.

— И при этом вы покупаете Рокетбанк?

— Мы не купили Рокетбанк, мы партнерствуем с ним. Рокетбанк — это совсем другой взгляд на банкинг. Но он нужен нам не для того, чтобы он заменил, например, наш собственный мобильный банк. Или чтобы конвертировать клиентскую базу. Или еще по каким-то «традиционным» причинам. Мы сотрудничаем с Рокет-банком, чтобы он еще быстрее развивался как независимый, инновационный проект, нацеленный на свою аудиторию, которой нужны все те фичи, качество и скорость, которыми обладает и за что любят «Рокет». Мне кажется, мы в «Открытии» нашли формулу, когда мы можем взаимодействовать с различными финтехкомпаниями, не разрушая их при этом, не управляя ими напрямую, и не тормозя их развитие. У нас уже есть другой прекрасный пример — «Точка» (бывший банк24.ру для МСБ-клиентов, в настоящее время инновационное подразделение банка «Открытие», работающее по безофисной модели. — Банкир.Ру). Они живут в своей собственной инфраструктуре, бизнес-культуре и бизнес-модели.

Это легко сказать, но очень трудно сделать в рамках большой корпорации. Для этого нужна определенная внутренняя культура. И такая бизнес-культура точно существует у нас в «Открытии». В других компаниях растворение большинства инновационных проектов происходит немедленно и бесследно.

Повышение эффективности, agile, отношения с вендорами

— Как сами ИТ могут стать более эффективными?

— Прежде всего это разумная формализация. Это последовательно повышающиеся требования к SLA по поддержке, это онлайн-измерение деятельности ИТ, построение системы KPI и постоянное их усиление. А вот как добиться того, чтобы за меньшие деньги делать то же самое — это уже отдельная история, начиная с новых методов управления разработкой, созданием продуктов, с agile…

— Agile позволяет экономить?

— Agile помогает не затевать огромные длинные проекты. И в конечном итоге он помогает экономить. Хотя, конечно, agile хорош там, где он уместен. И есть множество корневых учетных систем, где классический waterfall по прежнему «в законе».

Сейчас сильно изменилась работа с вендорами и интеграторами. От любимой руководителями отделов закупок единственной метрики «самой низкой цены» эта работа все чаще направляется на получение реальных values, когда можно, например, посмотрев на весь процесс использования разношерстного оборудования в банке, найти вариант его моновендорной стандартизации, сэкономив в конечном итоге значительные средства на поддержке, интеграции, обслуживании и получив стратегического и технологического партнера, готового инвестировать в ваше развитие.

— Вы ожидаете такого подхода от вендоров?

— Мы ожидаем этого и от вендоров, и от интеграторов. Вендоры заинтересованы удержаться в этом рынке и готовы давать хорошую цену, а интеграторы обладают качественными инженерными ресурсами для проведения сложных работ по стандартизации и готовы вкладываться в проектирование и реализацию подобных инициатив. И сегодня рынок готов рассматривать модели, которые ранее были невозможны.

— Вы сокращаете персонал?

— У нас постоянно происходит серьезная ротация. Периодически происходят и сокращения, и набор персонала, таким образом, мы нанимаем лучших. В связи с ситуацией на рынке это позволяет нам экономить, как ни странно это звучит. На рынке сейчас можно найти качественных сотрудников за гораздо меньшие деньги, чем раньше.

— Кого нанимают в банковские ИТ в кризис?

— Меньше нанимают менеджмент, больше нанимают тех, кто умеет что-то делать руками.

— Программистов?

— И программистов, и специалистов по DBA, и технологов… Нанимаем тех, кто умеет структурно мыслить. Не просто кодирует, но может также договориться с заказчиком. «Чистый» программист сегодня имеет меньше шансов на трудоустройство, чем тот, кто владеет программистским инструментарием, но еще и умеет общаться с заказчиком. Банк не классический software house и никогда им не будет. А должен, скорее всего, напоминать хорошую ИТ-компанию из Кремниевой долины, где такое сочетание является обязательным. Там люди должны уметь быстро обсудить что-то, набросать новые варианты, быстро принять решение и запустить в работу.

— Взаимоотношения ИТ и бизнеса как-то изменились?

— У нас для каждого бизнес-направления внутри ИТ созданы свои команды, которые организованы матричным образом и работают вместе с бизнесом. Эти ИТ-команды даже могут подчиняться руководителям бизнес-подразделений банка. У нас есть подразделение digital-лаборатория, которую мы называем просто Digital, где сотрудники бизнеса и ИТ работают вместе под руководством продукт-оунеров из цифрового бизнеса.

Digital — цифровая лаборатория

— Подразделение Digital занимается только новыми разработками?

— Нет, они поддерживают всю линейку текущих digital-продуктов и работают над новыми проектами. Можно сказать, что это бизнес, которому приданы agile ИТ-команды.

Это на 100% матричная структура, когда все работают вместе, по единым принципам, с едиными KPI и общей оценкой результата. Они все сидят в одном помещении, креативно ими же самими и декорированным. Возможно, там нет такого внешнего антуража, как в некоторых известных банковских лабораториях, но, наверное, это и хорошо. Фокус у нас на внутреннем содержании деятельности с приятными элементами, а не наоборот.

Поиск новых архитектурных решений и подходов

— Не секрет, что все наши банки работают на иностранном «железе», СУБД и так далее. Насколько остро для вас сегодня стоит тема импортозамещения?

— Сейчас эта тема стала чисто экономической. В связи с ростом курса валют стало просто невозможно платить за все это такие деньги, как раньше.

Я бы не сказал, что для нас актуальна тема именно импортозамещения. Наверное, она актуальна для государственных организаций и компаний, а мы банк коммерческий и не имеем в этом отношении явных рисков. Но использование софта и оборудования крупных западных вендоров с их специфической ценовой политикой заставляет нас искать альтернативные архитектуры, как софтверные, так и хардверные. Например, у нас все построено на x86 серверах. Вообще все. Наша команда ИТ по этому пути идет уже не первый год. И сейчас мы убедились в том, что это значительно дешевле и эффективнее, чем покупать большие машины. Является ли это импортозамещением? Нет, но это постоянный фокус на поиске альтернативных вариантов.

— Опять же, не секрет, что для хранения и обработки данных банки используют СУБД Oracle. Возможен ли переход на open source?

— Я считают, что возможен. Сейчас есть целый ряд российских вендоров, которые активно ведут работы по переводу своего софта на open source. В целом мы находимся на перепутье, когда классическая архитектура приложений, классические СУБД, классическая инфраструктура все больше будут ставиться под сомнение, и будут появляться другие варианты, которые позволят удешевлять и упрощать инфраструктуру с одновременно совершенно другим масштабированием и отказоустойчивостью. Подход Google с его Hadoop это уже классический пример, хотя его и нельзя впрямую применить в банке. Но появляются новые подходы. И в этом направлении банки будут двигаться. Им просто некуда деваться в конкуренции с новой экономикой и новыми игроками, занимающими ранее спокойные банковские территории.
Возврат к списку новостей

Рекламодателю